Мы живём свою жизнь так, как понимаем и как можем. Именно поэтому взяли мальчика из интерната. Мы мечтали о нём все пятнадцать лет своего «особого родительства». Чаемым для нас не был образ этого конкретного мальчика, нам было важно «срастить» пазл и закрыть гештальт. И ещё, именно так мы понимаем своё личное счастье.
«Особое родительство» – самородное и принятое – это две разных истории, и об этом можно рассказывать до бесконечности. Чем я и займусь может быть когда-нибудь в одной из следующих серий, а пока – из воспоминаний.
Вместе с двумя детьми – младшим Дамианом – ребёнком с синдромом Дауна и с нормотипичным средним сыном Андреем, мы поехали на духовно-просветительскую сессию.
Семьи, воспитывающие детей с трисомией-21 (именно так принято называть синдром Дауна) съехались вместе и провели прекрасные пять дней в монастырской гостинице на юге Франции.
Там было чудо как хорошо! Двадцать семей, с большим количеством всяких-разных детей, монахи и священники, врачи и педагоги не только радовались и веселились, но и занимались весьма полезным делом.
В то время, как скауты и волонтёры развлекали детей, педагоги, врачи и священники читали лекции нам – родителям, о нашем особом родительстве. И вот на одной из таких лекций, очень взрослая и умудрённая опытом педиатр вдруг говорит: «Родители приёмные, будьте деликатны с родителями родными».
«Почему?» – в глубоком недоумении спросила я переводчика – отца пятерых детей, среди которых и приёмный сын с трисомией-21.
«Как почему? – в свою очередь изумился он – потому что мы не пережили того, что пришлось перенести вам».
Как выяснилось, среди всех этих семей, большинство были с приёмными детьми, а для меня приёмное родительство было ещё далеко за горизонтом. Однако, я что-то «такое» тогда почуяла, о чём-то догадывалась и раньше, но окончательно осознать ещё не могла.
Родному родителю нужно сначала преодолеть боль, отчаяние и все фазы, сопутствующие процессу принятия ребёнка-инвалида. Родитель приёмный делает выбор самостоятельно и добровольно несёт за него ответственность.
У родных родителей выбора, собственно, нет. Сдать ребёнка государству – это не выбор. Можно сдать ребёнка, но совесть и память – не получится.
Родитель приёмный получает бонусом одобрение и уважение окружающих, во всяком случае тех, кого он сам ценит и уважает.
Родитель родной теряет друзей и родственников (не всегда, конечно), но к этому он не готовится заранее. У приёмного есть время начистить латы и опустить забрало.
Если у вас есть свой рассказ, которым вы хотите поделиться — присылайте на адрес content@rodmost.ru
Помочь работе Фонда: отправь СМС на номер 3434 со словом МОСТ и суммой пожертвования. Например, МОСТ 200
Подготовка и сопровождение семей с приёмными детьми осуществляется при поддержке Группы ЛСР.
«Особое родительство» – самородное и принятое – это две разных истории, и об этом можно рассказывать до бесконечности. Чем я и займусь может быть когда-нибудь в одной из следующих серий, а пока – из воспоминаний.
Вместе с двумя детьми – младшим Дамианом – ребёнком с синдромом Дауна и с нормотипичным средним сыном Андреем, мы поехали на духовно-просветительскую сессию.
Семьи, воспитывающие детей с трисомией-21 (именно так принято называть синдром Дауна) съехались вместе и провели прекрасные пять дней в монастырской гостинице на юге Франции.
Там было чудо как хорошо! Двадцать семей, с большим количеством всяких-разных детей, монахи и священники, врачи и педагоги не только радовались и веселились, но и занимались весьма полезным делом.
В то время, как скауты и волонтёры развлекали детей, педагоги, врачи и священники читали лекции нам – родителям, о нашем особом родительстве. И вот на одной из таких лекций, очень взрослая и умудрённая опытом педиатр вдруг говорит: «Родители приёмные, будьте деликатны с родителями родными».
«Почему?» – в глубоком недоумении спросила я переводчика – отца пятерых детей, среди которых и приёмный сын с трисомией-21.
«Как почему? – в свою очередь изумился он – потому что мы не пережили того, что пришлось перенести вам».
Как выяснилось, среди всех этих семей, большинство были с приёмными детьми, а для меня приёмное родительство было ещё далеко за горизонтом. Однако, я что-то «такое» тогда почуяла, о чём-то догадывалась и раньше, но окончательно осознать ещё не могла.
Родному родителю нужно сначала преодолеть боль, отчаяние и все фазы, сопутствующие процессу принятия ребёнка-инвалида. Родитель приёмный делает выбор самостоятельно и добровольно несёт за него ответственность.
У родных родителей выбора, собственно, нет. Сдать ребёнка государству – это не выбор. Можно сдать ребёнка, но совесть и память – не получится.
Родитель приёмный получает бонусом одобрение и уважение окружающих, во всяком случае тех, кого он сам ценит и уважает.
Родитель родной теряет друзей и родственников (не всегда, конечно), но к этому он не готовится заранее. У приёмного есть время начистить латы и опустить забрало.
Если у вас есть свой рассказ, которым вы хотите поделиться — присылайте на адрес content@rodmost.ru
Помочь работе Фонда: отправь СМС на номер 3434 со словом МОСТ и суммой пожертвования. Например, МОСТ 200
Подготовка и сопровождение семей с приёмными детьми осуществляется при поддержке Группы ЛСР.
